Алексей

Мы часто сетуем на несправедливый жребий. Наших успешных знакомых угораздило родиться в семье секретаря обкома – они получили лучшее образование, в наследство – недвижимость и социальный капитал. То же касается и нынешней «золотой молодежи», выпускников британских колледжей, прекрасно говорящих на 2–3 языках. Их родители сумели раскошелиться, а затем привлекли своих чад к работе в собственном бизнесе. Билет в жизнь «первым классом» им достался бесплатно. В то же время каждый из нас забывает, что среди нас живут люди с гораздо более низкими стартовыми условиями. Они ходят рядом с нами, являются нашими подчиненными, возможно, начальниками или подают нам вкусный кофе. «ЭП» узнал о социальной программе компании Starbucks и британского фонда Partners in Hope, которая направлена на социальную адаптацию выпускников интернатских учреждений.

Алексей, вы себе идеальное место работы представляли?

Вообще не представлял. Мне все равно где работать, главное – отношения в коллективе. В Starbucks весело, такая атмосфера – все друг друга поддерживают, настроение поднимается.

Так и останетесь здесь навсегда?

Нет, я хочу работать в театре, смешить людей, дарить им улыбку. Но для этого надо выучиться сначала. Я сейчас учусь в школе, чтобы получить аттестат.

И к театральному уже готовитесь?

Да, я уверен в своих силах и даже не сомневаюсь, что поступлю. Я много сыграл в своей жизни, в комических сценах, ходил в художественную студию «Дети Марии», мы ездили по детским домам и больницам, и я клоунничал. В одном летнем лагере я познакомился с американцем Стивеном, он профессиональный клоун, у него свой театр в Америке. Он таким вещам меня научил! Убрал из меня всю стеснительность, научил открываться людям. А это на самом деле очень сложно для ребенка, который вырос в интернате. Я раньше был безумно стеснительным, а он меня на­учил быть другим. И я из-за этого попал в Starbucks, потому что более открытый, более общительный.

Но мечты у вас не пацанские – улыбки дарить. Вам крутые пацаны знакомые говорили, что цели – делать карьеру и рубить деньги?

Я таких знаю, но стараюсь держаться от них подальше. С этими понтовыми пацанами далеко не уйдешь – они бухают, сидят на кокаине. Мне это не нужно. Я много повидал в своей жизни, в 18 лет потерял за один месяц и сестру и мать. Но я же не сдался, не запил.

От чего, по-вашему, зависит, что одни не сдались, а другие сдались?

От коллектива зависит, в котором ты растешь. У нас были ребята, которые клей нюхали. Я не хочу быть как они. У нас один парень пропал, один повесился, один квартиру потерял, все мои ровесники. Они даже не пошли учиться после детдома: о, мне 20 лет, а я буду в пятом классе сидеть, да ну, стыдно.

А вам не стыдно?

Ну бывает, конечно, когда спрашивают, где ты учишься, а я говорю: в школе. Это вечерняя школа. Ну стыдно, да. Но когда ты говоришь, что у тебя за судьба, люди понимают.

Когда вы собирались идти в Starbucks, вы думали, что вы хорошо умеете делать, чтобы вас взяли?

Я думал об этом и знал, что меня возьмут, потому что я общительный человек. И я знал, что моя открытость меня не подведет – это мой большой козырь.

И что, кроме общительности ничего не нужно?

Быть общительным – самое главное в жизни. Улыбаться.

А если работа требует навыков и специальных знаний?

Ну, на это надо выучиться. Меня и на первую работу – штукатуром – взяли, потому что я веселый. Штукатурить я не умел, в училище практики почти не было. Мне директор говорила на собеседовании: что ты все время улыбаешься? И сама улыбалась.

Вы сказали, что вам важен хороший поддерживающий коллектив и вы цените отношение как в Starbucks. Но чаще бывает по-другому, 98% работ – там будет жестко. Вы как с этим справитесь?

Я не буду срываться на людей и агрессивничать, не буду кричать и что-то доказывать. Я просто буду делать свое дело. Не надо отвечать агрессией на агрессию, это приведет к драке, а зачем? Просто люди, которые стоят выше, они увидят, как ты работаешь, и оценят. В любом коллективе можно приспособиться. Я вообще такой человек, что могу поставить себе цель и идти к ней. И чаще всего этих целей достигаю.

Где вы так научились?

Да это когда в детдоме воспитатели говорили нам – вы не сможете, у вас родители – алкаши, и у вас такие гены, из вас ничего не выйдет. А я говорил, что из меня выйдет. Только одна учительница была, которая говорила, что я не такой и я смогу. А теперь я знаю, что вообще многое смогу – после того, как решил одну проблему. Моя сестра перед смертью прописала у нас в квартире совершенно незнакомого человека, за две бутылки водки и тысячу долларов. И я, когда вышел из интерната, сказал, что выпишу его. Мне было 18 лет. Сколько нервов мне это помотало, я три года судился, но я его выписал. Я такую цель поставил – и добился.

Получается, кому в детстве было сложнее, тому потом легче пробиться?

Да, мне всегда хотелось доказать, что я сумею. Благодаря тому, что я достиг большой цели, теперь у меня есть с чем сравнить. Если ты уже чего-то достиг, ты стал на шаг сильнее. Я двигаюсь от мечты к мечте: была мечта выписать этого человека, когда сделал – у меня камень с души упал, стало легче дышать. Потом была мечта выпустить свою песню, я выпустил, и сейчас у меня уже третья вышла.

А сейчас какая?

Закончить 11 классов и поступить в театральный. Я знаю, для чего я живу: я хочу оставить что-то после себя. Моя сестра ушла и ничего не оставила после себя. А я хочу оставить музыку, слова. У меня знакомый парень безумно пил, химию глушил. Я дал ему послушать песню, которую сестре посвятил. И он мне позвонил и сказал: я сидел и плакал, когда слушал ее. Там толчки есть. И он перестал пить, пошел на работу. Я не знаю, как так, но это было. И я очень рад.

Продолжение историй «детей Starbucks» в следующем номере.

01-03-2010 «Элитный персонал» №2 (599) февраль—март 2010 г.